ОН садиков комментарий к гк рф

Дополнительная литература

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая. Общие положения. Изд. 2-е. М., 1999;

Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательствах. М., 1950;

Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права (Серия «Классика российской цивилистики»).

Романец Ю.В. Система договоров в гражданском праве России. М., 2001.

1 Понятие договора используется и за рамками гражданского права. К договорам в сфере семейного права (например, к брачному контракту) и природоресурсного права (об использовании различных природных объектов) обычно применяются нормы гражданского (договорного) права, ибо сами эти договоры по сути остаются гражданско-правовыми (частноправовыми). Трудовые договоры и «контракты» имеют частноправовую основу, которая, видимо, будет укрепляться по мере

усиления частноправовой природы трудового права. Публично-правовые договоры (например, международно-правовые) имеют свою, особую природу, обусловленную спецификой публично-правового регулирования.

1 См.: п. 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2002 г. № 69 «Обзора практики разрешения споров, связанных с договором мены» // Вестник ВАС РФ. 2003. № 1.

2 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации части первой (постатейный). Изд. 3-е / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2005. С. 945 (автор комментария – Н.И. Клейн).

1 Подробнее об этих видах договоров см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая. Общие положения. Изд. 2-е. М., 1999. С. 403–416.

2 Диспозитивные нормы закона, превалирующие в договорно-правовом регулировании, в большинстве случаев, по сути, представляют собой некоторую «подсказку» участникам имущественных отношений со стороны законодателя, обычно не требующуюся в развитом обороте, но намеренно сохраненную в отечественном правопорядке (см.: Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1995. С. 549 (автор соответствующего комментария – В.В. Витрянский).

1 Так, согласно ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 17 августа 1995 г. № 147-ФЗ «О естественных монополиях» [СЗ РФ. 1995. № 34. Ст. 3426 (с послед. изм.)] органы регулирования естественных монополий вправе определять потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию, а также устанавливать цены (тарифы) или их предельный уровень на продукцию таких монополий, т.е. определять контрагентов и некоторые существенные условия соответствующих договоров.

2 См.: Закон РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» // ВВС РФ. 1991. № 16. Ст. 499 (с послед. изм.), а также ст. 2 Федерального закона от 23 июня 1999 г. № 117- ФЗ «О защите конкуренции на рынке финансовых услуг» // СЗ РФ. 1999. № 26. Ст. 3174 (с послед. изм.). Подробнее об этом см.: Конкурентное право Российской Федерации / Под ред. Н.И. Клейн, Н.Е. Фонаревой. М., 1999.

3 См.: Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» // ВВС РФ. 1992. № 15. Ст. 766 (с послед. изм.).

1 Подробнее об истории таких ограничений см.: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. С. 251–275.

2 Следует иметь в виду, что в гражданском праве закреплена презумпция возмездности гражданско-правового договора (п. 3 ст. 423 ГК), в силу которой безвозмездный характер договора должен прямо вытекать из закона, иного правового акта, содержания договора или его существа.

1 М.И. Брагинский относит к вещным договоры, не порождающие обязательств по их исполнению, поскольку в них передача вещи контрагенту и возникновение у него вещного права происходят «на стадии возникновения договора, а не его исполнения», например, при дарении вещи (см.: Брагинский М.И. К вопросу о соотношении вещных и обязательственных правоотношений // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998. С.117–121). По существу, он ведет речь о некоторых реальных сделках (договорах) по передаче вещей (к которым, например, также относятся договоры розничной купли-продажи и некоторые другие), что принципиально отличается от германских подходов. Примечательно, что дореволюционная отечественная доктрина, изредка упоминавшая о вещных договорах (см., например: Синайский В.И. Указ. соч. С. 163; Хвостов В.М. Система римского права. Учебник. М., 1996. С. 240), не придавала им всеобщего значения, вместе с тем обычно не выделяя и категорию реальных сделок.

2 См.: § 2 гл. 19 т. II и § 1 гл. 36 т.

3 Подробнее о типизации договоров и других видах их классификации см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 383–416; Романец Ю.В. Система договоров в гражданском праве России. М., 2001.

1 См.: § 3 гл. 35 настоящего тома учебника.

1 Иногда предварительные договоры рассматривают как «юридически незавершенные», противопоставляя их на этом основании основным договорам, имеющим «окончательный характер» (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая (постатейный) / Под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. М., 2005. С. 814 (автор комментария — Д.Г. Лавров). Такой подход представляется неудачным, так как в действительности предварительные договоры порождают конкретные гражданско-правовые обязательства и с этой точки зрения являются вполне «завершенными» и «окончательными».

2 Это — «вполне состоявшееся соглашение с определенным содержанием. это также настоящий договор» (см.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Т. 2. С. 81).

1 Следует иметь в виду, что к числу таких обязательных условий не относится условие будущего (основного) договора о цене, ибо в отсутствие специального соглашения сторон по этому поводу цена определяется по правилам п. 3 ст. 424 ГК (см.: п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 5 мая 1997 г. № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» // Вестник ВАС РФ. 1997. № 7).

1 См.: п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

1 Действующий ГК в результате неудачной редакторской правки текста абз. 2 п. 1 ст. 432 говорит о признании существенными лишь тех «необходимых» условий договора, которые прямо названы в этом качестве законом или иными правовыми актами. В действительности имеются в виду условия, необходимые для договоров данного вида, независимо от признания их таковыми по закону (см.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 347 (автор комментария — В.В. Витрянский).

1 См., например: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 148.

2 Сказанное относится и к отдельным условиям договоров, которые предусматриваются императивными нормами закона и также не согласуются сторонами, ибо действуют независимо от этого. Предложение считать условиями договора не согласуемые его сторонами и даже не упоминаемые в тексте договора правила соответствующих императивных и диспозитивных норм на том основании, что в качестве норм права «они вступают в действие автоматически при заключении договора без предварительного их согласования» (см., например: Гражданское право. Учебник. Изд. 6-е / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. Т. 1. М., 2002. С. 591 (автор соответствующей главы – Н.Д. Егоров), представляется не соответствующим самому понятию договора как соглашения сторон. В литературе оно подвергается убедительной критике (см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 296–302).

3 Данный подход основан на правилах, принятых в современном международном коммерческом обороте, где названные условия также не считаются существенными (см.: Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. М., 1994. С. 94–96, 146–147) (авторы комментариев — Н.Г. Вилкова, А.А. Костин).

1 К этим случаям относится и правило п. 54 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 о признании незаключенным возмездного договора при наличии у его сторон разногласий о цене: оно имеет в виду ситуации, когда одна из сторон прямо настаивала на согласовании условия о цене или на включении такого условия в договор.

2 Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 561 (автор комментария — В.В. Витрянский).

1 См.: Принципы международных коммерческих договоров. С. 112–113.

2 См. особенно: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. С. 245—249; Сарбаш С.В. Некоторые тенденции развития института толкования в гражданском праве // Государство и право. 1997. № 2.

1 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 268, 273.

1 См.: Принципы международных коммерческих договоров. С. 102–103; Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. С. 31–32 (автор комментария — М.Г. Розенберг).

ОН садиков комментарий к гк рф

Автор: Р.С. Бевзенко,
Аспирант кафедры гражданского и трудового права
Института права Самарской государственной экономической академии
e-mail: pravo@amond.ru

Расторжение договора – яркое проявление принципа свободы договора: стороны могут своей волей как вступить в договорные отношения, так и прекратить их, оговорив в договоре соответствующее право. Законодатель впервые уделяет некоторое внимание этому институту в последней российской гражданской кодификации 1994 года – изменению и расторжению договора посвящена глава 29 кодекса.

К сожалению, несмотря на достаточно подробное регулирование вопросов, связанных с основаниями и порядком расторжения договора, норма о последствиях расторжения договора вызвала существенные затруднения в юридической практике. Мы имеем в виду п. 4 ст. 453 ГК РФ, вызвавший немало острых дискуссий как теоретического, так и практического характера. Вот эта норма: «Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не предусмотрено законом или договором». Ее обычно иллюстрируют следующим примером: между сторонами заключен договор поставки на сумму 1 млн. руб., поставщик отгрузил товар на сумму 500 тыс. руб., покупатель его принял и оплатил. В дальнейшем продавец не отгружал покупателю товар. Покупатель обратился в суд с требованием о расторжении договора, и суд его расторгнул. Мы добавим – ситуация абсолютно нежизнеспособная по следующим причинам. Ни один предприниматель не обратится в суд с иском о расторжении договора, по которому контрагенты ничего не должны друг другу – стороны скорее всего забудут о нем.

Какие же причины принуждают сторону договора обратиться в суд с иском о его расторжении? Кредитор, не желающий более сотрудничать с задолжавшим ему контрагентом (ведь договором на кредитора могут быть возложены какие-либо иные обременяющие его обязанности) обращается в суд с иском о расторжении договора. И получает следующий результат – договор расторгнут, обязательства сторон считаются прекращенными, стороны не обязаны возвращать друг другу переданное по договору. Уточним, что для договора купли-продажи законом предусмотрены особые правила: кредитор вправе потребовать возврата предоплаты в случае непредставления встречного исполнения по договору (ст. 487 ГК). Однако ни в главе о купле-продаже, ни в ст.ст. 523 и 524 кодекса, посвященных расторжению договора поставки, ни слова не говорится о судьбе предварительной оплаты при расторжении договора.

Еще сложнее положение продавца, передавшего часть товара и не получившего плату за него. Конечно, он может вчинить покупателю иск об исполнении договорных обязательств и потребовать оплаты товара, но не надо забывать о том, что у него в этом случае сохранится обязанность и далее отгружать товар покупателю, а продолжать отношения с неисправным контрагентом – сомнительное удовольствие. Более того, на практике инициатором спора о расторжении договора может быть сам покупатель, получивший товар и не оплативший его, основания удовлетворения того иска всегда могут найтись.

Но наиболее остро проблема последствий расторжения договора может затронуть интересы продавца в том случае, если продаваемая вещь обладает особыми, уникальными качествами и в силу этого обладает особой ценностью. Это относится прежде всего к купле-продаже предметов искусства. Передав продаваемую вещь покупателю, продавец становится заложником его добросовестности, в противном случае ему придется получать присужденную судом денежную сумму в порядке исполнительного производства; право требовать возврата вещи у него отсутствует.

Таким образом, правила п. 4 ст. 453 кодекса могут успешно применяться лишь при условии, что у одного контрагента по договора отсутствует какая-либо неисполненная обязанность перед другим. Наличие же неисполненной обязанности оставляет кредитору лишь возможность потребовать от должника исполнения договора, расторгать договор не в интересах кредитора, ведь он может потерять возможность взыскать с неисправного должника неисполненное.

Надо отметить, что ни учебная литература [1] , ни многочисленные комментарии к кодексу [2] не заостряют внимание на последствиях расторжения договора. Несмотря на то, что эти проблемы особенно остро встали при разрешении конкретных споров в арбитражных судах, Высший Арбитражный суд РФ не решил этот вопрос и в соответствующем обзоре судебной практики [3] .

Приведем такой пример из практики Федерального арбитражного суда Самарской области. ТОО заключило с ЗАО договор купли-продажи нежилого помещения. По условию договора покупатель (ЗАО) был обязан предоставить продавцу (ТОО) треть от приобретаемой площади в безвозмездное пользование сроком на три года. После заключения договора и передачи недвижимости покупателю последний не выполнил условия договора о передаче в пользование ТОО части площади помещения, а заключил два договора аренды с третьими лицами. Продавец обратился в суд с иском о расторжении договора, судом апелляционной инстанции иск был удовлетворен, суд расторгнул договор и обязал ответчика вернуть приобретенное помещение истцу [4] . Интересно то, что в решении суда не содержится и тени сомнения по поводу возможности возврата помещения продавцу. К слову, Самарская областная регистрационная палата зарегистрировала право собственности ТОО на нежилое помещение на основании судебного решения и выдала ТОО соответствующее свидетельство.

Такое решение проблемы, хотя бы и справедливое с бытовой точки зрения, совершенно недопустимо с позиций действующего закона.

Попробуем определить возможные выходы из изложенных выше сложных ситуаций.

Возможен следующий вариант решения проблемы, условно назовем его «договорным». Стороны в договоре предусматривают, что в случае расторжения договора стороны возвращают друг другу все переданное по договору. Такое договорное условие вполне имеет право на существование, т.к. норма п.4 ст. 253 ГК носит диспозитивный характер. Возможно более изящное решение в ряде частных случаев, например, при купле-продаже – стороны договариваются, что право собственности на продаваемый товар переходит к покупателю в момент его оплаты (п. 1 ст. 223 кодекса также является диспозитивным). В этом случае покупатель не становится собственником вещи, и, стало быть, у продавца есть возможность требовать ее возврата [5] .

Недостаток договорного решения проблемы лежит на поверхности: он требует известной юридической грамотности, если не сказать – «юридической ловкости»; полагаться же исключительно на сознательность самих участников оборота при разрешении столь важной коллизии (как, видимо, и поступил законодатель) было бы, на наш взгляд, несколько легкомысленным.

Свое видение решения проблемы у Высшего Арбитражного Суда РФ. В известном обзоре, посвященном неосновательному обогащению, содержится очень интересное разъяснение. Лицо, передавшее товар по договору купли-продажи и не получившее встречного исполнения, обратилось в суд с иском о расторжении договора купли-продажи в связи его неисполнением покупателем. Истец также потребовал вернуть переданный, но не оплаченный товар (автомобильную технику) как имущество, неосновательно приобретенное ответчиком. Суд иск удовлетворил и обязал ответчика вернуть техники.

С позиции защиты интересов оборота такое решение — несомненно, выход из сложной ситуации, созданной законодателем. Однако, его юридическая «чистота» все-таки вызывает сомнения.

Начнем с того, что обязательство из неосновательного обогащения не может возникнуть в случае, когда передача имущества происходит на основании сделки или правового акта (ст. 1102 ГК). Отрицать «сделочное» основание передачи вещи в изложенном выше дело – абсурд. Да, договор между сторонами был расторгнут, но ведь расторжение договора имеет силу лишь на будущее и не распространяется на отношения сторон, возникшие до вступления в силу решения о расторжении договора. Стало быть, в основании традиции лежала сделка.

Использование п. 3 ст. 1103 ГК (применение кондикционного обязательства для обоснования требований «одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством) для «оправдания» изложенного подхода также является, на наш взгляд, несостоятельным с позиций действующего закона. Полагаем, что толковать п. 3 ст. 1103 ГК следует таким образом: «Нормы о неосновательном обогащении применяются и в случае, когда сторона по обязательству произвела исполнение в размере большем, что предусмотрено условиями обязательства». О правильности такого толкования говорят судебная практика [6] , комментарии ст. 1103 ГК [7] и работы составителей кодекса [8] .

Заметим, что в иностранной практике подход к последствиям расторжению принципиально иной: стороны должны вернуть друг другу все переданное по договору, если иное не предусмотрено договором. Это следует из ст. 7.3.6 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА и ст. 81 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров, § 346 Германского гражданского уложения. Вполне понятно желание российского законодателя начала-середины 90-х гг. обеспечить стабильность договора, но возможно для этого необходимо было сформулировать п. 4 ст. 453 ГК по-иному.

Несмотря на изложенную выше критику, высшая судебная инстанция, как нам кажется, «нащупала» верный выход из сложившейся тупиковой ситуации.

В самом деле, применение положений о кондикционных обязательствах вполне может иметь место и при рассмотрении вопросов, связанных с последствиями расторжения договора. Суть кондикционного обязательства – «неосновательно обогатившийся обязан вернуть недолжное».

Вряд ли можно спорить с тем, что лицо, получившее исполнение по договору, но не предоставившее встречное исполнение, обогащается за счет кредитора. Суть конфликта как раз и стоит в том, что лицо приобретает материальное благо, не предоставляя взамен встречного эквивалента.

Проф. А.Л. Маковский, разбирая вопросы обязательств из неосновательного обогащения, очень верно подметил «генеральный характер» кондикционного обязательства и связь рассматриваемого института с нравственными началами гражданского права [9] .

Мы полагаем, что с теоретических позиций нет никаких серьезных препятствий для использования потенциала кондикционного обязательства как средства для защиты имущественной сферы кредитора при расторжении договора. Проблема, повторимся, возникает лишь в связи с применением норм действующего кодекса.

На наш взгляд, вполне уместным было бы исключение п. 4 из ст. 453 ГК и внесение в ст. 1103 кодекса указание на применение правил, предусмотренных главой 60, к требованиям, возникающим при рассмотрении споров, связанных с последствиями расторжения договора. До внесения соответствующих изменений и дополнений в кодекс, говорить о правильности выводов ВАС РФ, изложенных в поименованном Обзоре, можно лишь с большой натяжкой.

Обсудить материал и почитать отзывы на него можно здесь

Это интересно:

  • Адвокат плеханов сергей "Жизнь после спорта" Сергей Плеханов Биографическая справка Плеханов Сергей Петрович, черный пояс, 3 дан. Киокушинкай каратэ начал заниматься с 1990 года. В возрасте 17 лет сдал экзамен на черный пояс японским руководителям всемирной […]
  • Если суд не учёл смягчающие обстоятельства Если суд не учёл смягчающие обстоятельства Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 9 ноября 2005 г. N 546-П05 По приговору Красноярского краевого суда от 29 апреля 2004 г. Пареньков осужден: по ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 8 […]
  • Сайт судебных приставов по ульяновской области узнать задолженность Руководство Управления Гусева Альбина Александровна Заместитель руководителя УФССП России по Ульяновской области – заместитель главного судебного пристава Ульяновской области Государственный советник юстиции III класса. 17 апреля 1973 […]
  • Гогин правонарушения Правонарушения и юридическая ответственность 1. Правомерное поведение: понятие, виды. 2. Понятие, признаки и виды правонарушений. 3. Юридический состав правонарушения. 4. Юридическая ответственность: понятие, признаки, виды. 5. […]
  • Договор мены услугами Можно ли по договору мены передать товар (например ноутбук) в обмен на оказание услуги по организации мероприятия (предоставление зала в аренду, оборудования в пользование, организационная поддержка)? Рассмотрев вопрос, мы пришли к […]
  • Уголовный кодекс 202 статья Уголовный кодекс 202 статья 1. Нотариат в Российской Федерации призван обеспечивать защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путем совершения нотариусами предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от […]
  • Викут гражданский процесс Название книги Гражданский процесс Гражданский процесс Принятые сокращения АПК — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации ВВС — Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации БНА — Бюллетень нормативных актов […]
  • Единая система исполнительной власти в рф включает § 8. Органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации В соответствии со ст. 77 Конституции система органов государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливается ими «самостоятельно» в соответствии с основами […]